В борьбе за это

Кирилл Баранов |  Октябрь 2008, (№198)

версия для печати

«Власть развращает. Отсутствие власти развращает абсолютно», — эти слова американского экс-посла в ООН Эдлая Стивенсона можно было бы списать на игру слов, не самое удачное подражание британскому историку Джону Актону, если бы не новейшая история некоторых стран постсоветского пространства.

4 октября 1993 г. конфликт двух ветвей российской власти, длившийся около года, получил развязку — в результате штурма и танкового обстрела парламент Российской Федерации был взят под контроль войсками, верными президенту Борису Ельцину. В ходе тех событий, по официальным данным, погибли около 150 человек (по неофициальным — до нескольких тысяч), при этом в России радикально изменилась система власти: из парламентской она превратилась в президентскую республику. Коей остается и по сей день.

А началось все с того, что действовавшая дотоле Конституция РФ, по мнению сторонников Бориса Николаевича, стала тормозом в проведении реформ, в то время как работа над новой редакцией велась слишком медленно и неэффективно. В этих условиях им был подписан знаменитый указ №1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», главным пунктом которого стало предписание Съезду народных депутатов (по действовавшей тогда Конституции — высшему органу государственной власти в стране) прекратить свою деятельность.

С этого началась активная фаза противостояния. Одновременно с указом в Доме Советов были отключены связь, электричество, водоснабжение и канализация. Силы МВД начали оцепление. В свою очередь депутаты объявили о совершении Ельциным «государственного переворота».

Не остался в стороне и Конституционный суд. Собравшись в ночь с 21 на 22 сентября, он объявил действия президента неконституционными, а указ №1400 — основой для импичмента. За парламентом дело не стало. На основании этого решения он лишил Ельцина полномочий, передав их во временное пользование вице-президенту Александру Руцкому. В ответ Борис Николаевич поначалу издал указ, обещавший депутатам материальные льготы и крупное единовременное вознаграждение.

Однако уже на следующий день, под предлогом ограждения москвичей от «вооруженных боевиков, засевших в парламенте», доступ в Дом Советов был полностью блокирован, и вновь прибывавшие депутаты уже не могли попасть внутрь. А еще через неделю сопротивление депутатов было менее чем за десять часов беспощадно сломлено снайперским и танковым огнем. С тех пор в России вопрос противостояния властей и полномочий больше не стоит.

15 лет спустя мы решили вспомнить о тех событиях вовсе не для того, чтобы уже в который раз провести какие-то параллели с днем сегодняшним. На самом деле их не меньше, чем расхождений. Более того, спешим успокоить: что-либо даже отдаленно подобное в Украине сегодня вряд ли возможно. Причем вопрос не в ментальности, не в отсутствии пригодных танков и даже не в том, что географическое положение Верховной Рады не позволит им столь удобно расположиться, о чем в разное время было модно рассуждать.

 В начале 1990-х вопиющее беззаконие Бориса Ельцина фактически было легитимизировано его поддержкой среди народа. Отторжение народных депутатов широкими народными массами имело корни в советских временах, когда отсутствие альтернативы выбора и влияния на принятие реальных решений лишили это понятие самого смысла. Ветры же свободы явили гражданам новую сторону парламентаризма — оказалось, что демократия, плюрализм и гласность почему-то подымают наверх лишь людей самодовольных и жадных, в погоне за личной выгодой вечно не способных договориться даже об элементарных вещах. И при этом — некому предъявить претензии. Многолетний советский опыт всего коллективного научил, что и ответственность в этом случае означает ее отсутствие.

Поэтому никто особо не расстроился, когда президент решил указать парламентариям их место. Более того, на стороне Ельцина оказались многие представители интеллигенции. В частности, всенародно любимые актеры Лия Ахеджакова и Никита Джигурда, объяснявшие людям, что депутаты в этом противостоянии борются не за их, «а за свои блага». Экс-премьер-министр РФ и пламенный либерал Егор Гайдар, комментируя поведение защитников «Белого дома» заявлял, что «это коммуно-фашистский мятеж». Еще один отъявленный демократ, Григорий Явлинский, выражал убеждение, что «президент должен проявить максимальную жесткость и твердость в подавлении». А всемирно известный виолончелист и диссидент Мстислав Ростропович устроил на Красной площади симфонический концерт в поддержку президента.

Что же касается нынешнего президента Украины, то беспощадные социологические рейтинги не оставляют Виктору Ющенко никаких шансов на такую поддержку. В глазах большинства украинцев он выглядит ничуть не лучше, чем любой депутат, мысли которого большее время суток заняты исключительно вопросами сохранения своего кресла. И именно это, а не миролюбивый менталитет, является залогом того, что глава государства не пойдет на подобный вариант решения проблемы.

Общее же у этих двух кризисов одно — причина. И она парадоксальна, как фраза американского сенатора и дипломата, упомянутая в самом начале. Ведь и Бориса Ельцина в 1993 г., и Виктора Ющенко сегодня совратила не власть, а ее в полной мере отсутствие.  

Должности указаны на момент высказывания

4 октября 1993 г. Виктор Черномырдин, премьер-министр Российской Федерации:

«Это же нелюди, зверье! Никаких переговоров! Надо перебить эту банду».

4 октября 1993 г. Мстислав Ростропович, музыкант и диссидент:

«Сообщение о ельцинском указе мы получили в Вашингтоне перед самым нашим отъездом. Первая мысль, которая посетила меня: наконец-то!».

7 октября 1993 г. Джохар Дудаев, президент Чеченской республики:

«Правительство Чеченской республики одобряет Ваши действия по подавлению коммунистическо-фашистского мятежа в Москве, имевшего своей целью захватить власть в России и потопить в крови демократию…».

11 апреля 2007 г. Тарас Чорновил, народный депутат, фракция Партии регионов:

«Ющенко нужен повод, чтобы ввести прямое президентское правление. Ему необходимо снова стать руководителем исполнительной власти.  Мы предполагаем, что Ющенко может применить против нас спецназ».

3 сентября 2008 г. Владимир Литвин, народный депутат, лидер Блока Литвина:

«Попытки БЮТ и Партии регионов «поставить на место» ослабленного президента Украины с позиции реванша и мести Виктору Ющенко обернутся местью для страны».

9 сентября 2008 г. Анатолий Гриценко, бывший министр обороны Украины:

«Я бы просил президента, чтобы он публично заявил, что ни при каких условиях не допустит применения силы для разрешения этого политического конфликта».